Зощенко: Пасхальный случай

Вот, братцы мои, и праздник на носу Пасха православная.

Которые верующие, те, что бараны, потащат свои куличи святить. Пущай тащат! Я не потащу. Будет. Мне, братцы, в прошлую Пасху на кулич ногой наступили.


Главное, что я замешкался и опоздал к началу. Прихожу к церковной ограде, а столы все уже заняты. Я прошу православных граждан потесниться, а они не хочут. Ругаются.

Опоздал, говорят, черт такой, так и становь свой кулич на землю. Нечего тут тискаться и пихаться куличи посроняешь.

Ну, делать нечего, поставил свой кулич на землю. Которые опоздали, все наземь ставили.

И только поставил, звоны и перезвоны начались.

И вижу, сам батя с кисточкой прется.

Макнет кисточку в ведерко и брызжет вокруг. Кому в рожу, кому в кулич не разбирается.

А позади бати отец-дьякон благородно выступает с блюдцем, собирает пожертвования.

Не скупись, говорит, православная публика! Клади монету посередь блюдца.

Проходят они мимо меня, а отец-дьякон зазевался на свое блюдо и хлоп ножищей в мою тарелку. У меня аж дух захватило.

Ты что ж, говорю, длинногривый, на кулич-то наступаешь? В пасхальную ночь…


Извините, говорит, нечаянно.

Я говорю:

Мне с твоего извинения не шубу шить. Пущай мне теперь полную стоимость заплатят. Клади, говорю, отец-дьякон, деньги на кон!

Прервали шествие. Батя с кисточкой заявляется.

Это, говорит, кому тут на кулич наступили?

Мне, говорю, наступили. Дьякон, говорю, сукин кот, наступил.

Батя говорит:

Я, говорит, сейчас кулич этот кисточкой покроплю. Можно будет его кушать. Все-таки духовная особа наступила…

Нету, говорю, батя. Хотя все ведерко свое на его выливай, не согласен. Прошу деньги обратно.

Ну, пря поднялась. Кто за меня, кто против меня. Звонарь Вавилыч с колокольни высовывается, спрашивает:

Звонить, что ли, или пока перестать?

Я говорю:

Обожди, Вавилыч, звонить. А то, говорю, под звон они меня тут совсем объегорят.


А поп ходит вокруг меня, что больной, и руками разводит.

А дьякон, длинногривый дьявол, прислонился к забору и щепочкой мой кулич с сапога счищает.

После выдают мне небольшую сумму с блюда и просят уйти, потому, дескать, мешаю им криками.

Ну, вышел я за ограду, покричал оттеда на отца-дьякона, посрамил его, а после пошел.

А теперь куличи жру такие, несвяченые.

Вкус тот же, а неприятностей куда как меньше.

Вы читали рассказ – Пасхальный случай – Михаила Зощенко.

Михаил Зощенко
Добавить комментарий